Источник информации: оригинал документа на официальном сайте Конституционного Суда Российской Федерации
Текст документа на текущей странице сайта публикуется на основании источника и представляется "как есть".
Если вы обнаружили персональные данные в представленном на текущей странице сайта тексте документа, пожалуйста, сообщите нам об этом:
1) по электронной почте (support@судебнаяпрактика.рф)
2) или нажав на кнопку
Персональные данные, содержащиеся на текущей странице сайта, будут обезличены незамедлительно.
ОХРАНА ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ
Подборка правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации (подготовлена Секретариатом Конституционного Суда
Российской Федерации Уникальная природа нашей страны и ее богатства – ценность, нуждающаяся в охране и защите. Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации , экологическая функция является общей для всех уровней публичной власти в Российской Федерации (Постановление от 13 октября 2015 года № 26-П).
Основным потребителем природных ресурсов – запасы которых кажутся неисчерпаемыми, но в действительности ограничены – является человек, деятельность которого уже оказала и продолжает оказывать все более заметное и в основном негативное воздействие на окружающую среду и ее состояние. Имея это в виду, Конституция Российской Федерации, устанавливая, что земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, [адрес обезличен] с одной стороны, гарантирует каждому права на благоприятную окружающую среду, на достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного здоровью или имуществу экологическим правонарушением (статья 42), а, с другой стороны, устанавливает обязанность каждого сохранять природу и окружающую среду и бережно относиться к природным богатствам (статья 58). Пределом осуществления права частной собственности на землю и иные природные ресурсы Конституция Российской Федерации (часть 2 статьи 36) прямо называет необходимость предотвращения ущерба окружающей среде. Кроме того, Основной Закон России (пункт «е5» части 1 статьи 114) предписывает Правительству Российской Федерации осуществлять ме
ры, направленные на создание благоприятных условий жизнедеятельности населения, снижение негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду, сохранение уникального природного и экологического многообразия страны, формирование в обществе ответственного отношения к животным.
Впервые к проблематике экологии и защиты окружающей среды Конституционный Суд Российской Федерации обратился в 1996 году в связи с вопросом о возмещении вреда лицам, подвергшимся воздействию радиации вследствие техногенной аварии (Постановление от 11 марта 1996 года № 7-П). Проблемы, касающиеся условий и порядка предоставления, а также размера компенсаций и льгот лицам, пострадавшим от техногенных катастроф (прежде всего – от аварии на Чернобыльской АЭС) неоднократно становились предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации . Важнейшие правовые позиции по данному вопросу в наиболее концентрированном виде были выражены им в Постановлении от 1 декабря 1997 года № [обезличено] стали основой для последующих решений Конституционного Суда Российской Федерации по обращениям, затрагивающим аналогичные или смежные вопросы (см. постановления от 19 июня 2002 года № 11-П, от 10 ноября 2009 года № 17-П, от 20 декабря 2013 года № 24-П) установил следующее.
екабря 2010 года № 21-П и др.)1.
Свое разрешение в конституционно-судебной практике получили также вопросы, касающиеся публично-правовых платежей, направленных на компенсацию негативного воздействия на окружающую среду, оказываемого хозяйственной деятельностью человека. Ключевые правовые позиции о природе этих платежей и порядке их исчисления были выражены в Постановлении от 14 мая 2009 года № 8-П, получили свое дальнейшее развитие в постановлениях от 5 марта 2013 года № 5-П и от 2 июня 2015 года № 12-П и легли в основу последующих решений.
В ряде решений Конституционного Суда Российской Федерации были затронуты вопросы правового режима земель лесного фонда и особо охраняемых природных территорий (постановления от 9 января 1998 года № 1-П, от 22 сентября 2023 года № 45-П, от 28 января 2025 года № 3-П и от 28 мая 2025 года № 23-П). Центральная проблема, поднятая в рассмотренных делах, – поиск разумного баланса прав собственников (владельцев) земельных участков, располагающихся на этих территориях, и публично-правового интереса в охране природы и окружающей среды.
Наконец, интересы защиты окружающей среды принимались во внимание Конституционным Судом Российской Федерации при рассмотрении дел, касающихся исчисления платы за жилищнокоммунальные услуги, связанные с потреблением тепловой энергии (постановления от 10 июля 2018 года № 30-П и от 20 декабря 2018 года № 46-П), а также ведения охоты и охотничьего хозяйства (в том числе традиционной охоты, право на которую гарантировано представителям коренных малочисленных народов) (см. постановления от 30 марта 2018 года № 14-П и от 5 июля 2021 года № 32-П).
Настоящая подборка посвящена вопросам охраны окружающей среды и не содержит правовых позиций, касающихся порядка и условий предоставления компенсаций и льгот лицам, пострадавшим от техногенных катастроф. Соответствующие правовые позиции см. в подборке «Социальное обеспечение отдельных категорий граждан».
Содержание (решения Конституционного Суда Российской Федерации Судья по делу № 2-П18-3456 от 07.09.2023 года, рассмотрев кассационную жалобу гражданки [обезличено] на решение [обезличено] суда города Москвы от 15.06.2023 года по делу № А40-12345/2023, вынес следующее определение:
Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.
Решение Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2023 года по делу № А40-12345/2023 оставлено без изменения.
Судья: [обезличено] определения выдана в двух экземплярах, один из которых направлен в Арбитражный суд города [обезличено], другой – в [адрес обезличен]
1. Постановление от 11 марта 1996 года № 7-П (дополнительные компенсации и льготы лицам, пострадавшим от экологической катастрофы);
2. Постановление от 1 декабря 1997 года № 18-П (природа и характер обязательств государства по возмещению вреда, причиненного экологическим бедствием);
3. Постановление от 9 января 1998 года № 1-П (правовой режим лесного фонда);
4. Постановление от 14 мая 2009 года № 8-П (освобождение организаций от платы за негативное воздействие на окружающую среду);
5. Постановление от 5 марта 2013 года № 5-П (определенность правового регулирования платы за негативное воздействие на окружающую среду);
6. Постановление от 2 июня 2015 года № 12-П (определение размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства);
7. Постановление от 13 октября 2015 года № 26-П (обеспечение чистоты территорий от загрязнений и отходов органами публичной власти);
8. Постановление от 30 марта 2018 года № 14-П (права и обязанности субъектов охотхозяйственной деятельности);
9. Постановление от 10 июля 2018 года № 30-П (эффективное потребление энергетических ресурсов в жилищно-коммунальной сфере);
10. Постановление от 5 июля 2021 года № 32-П (условия реализации права на ведение традиционной охоты);
11. Постановление от 29 сентября 2021 года № 42-П (имущественные обременения, связанные с исполнением обязанности по сохранению природы);
12. Постановление от 22 сентября 2023 года № 45-П (возможность признания недействующим генерального плана муниципального образования в части включения в состав земель населенных пунктов земель, относящихся к лесному фонду);
13. Постановление от 6 декабря 2024 года № 56-П (возможность учета устранения вредоносности экологического правонарушения при определении размера ущерба окружающей среде);
14. Постановление от 28 января 2025 года № 3-П (возможность признания отсутствующим права собственности на земельные участки, располагающиеся в границах особо охраняемых природных территорий или в границах земель лесного фонда);
15. Постановление от 28 мая 2025 года № 23-П (правовой режим эксплуатации сельскохозяйственных земель, включенных в состав национального парка).
Правовые позиции Постановление от 11 марта 1996 года № 7-П
Возможность установления дополнительных льгот и компенсаций вреда, причиненного здоровью или имуществу экологическим правонарушением (пункт 3, абзацы первый и второй) Статья 42 Конституции Российской Федерации провозглашает право каждого на благоприятную окружающую среду. Этому праву корреспондирует обязанность государства принять достаточные меры для защиты природы и людей при радиационных авариях и катастрофах.
Устанавливаемые государством в соответствии с целями, закрепленными в статье 7 Конституции Российской Федерации, гарантии социальной защиты граждан применительно к праву на благоприятную окружающую среду и на охрану здоровья могут включать комплекс льгот и компенсаций, выходящих за пределы возмещения ущерба, причиненного здоровью или имуществу экологическим правонарушением.
Постановление от 1 декабря 1997 года № 18-П Природа и характер обязательств государства по возмещению вреда, причиненного вследствие экологических бедствий, аварий и катастроф (пункт 1, абзацы первый и второй; пункт 2, абзац первый)
Принимая [закон о социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС], законодатель исходил из того, что государство признает ответственность перед гражданами за последствия крупнейшей по масштабам радиоактивного загрязнения биосферы экологической катастрофы, затронувшей судьбы миллионов людей, [адрес обезличен]
Эта экстраординарная по своим последствиям техногенная авария ХХ века привела к неисчислимым экологическим и гуманитарным потерям. В результате были существенно нарушены не только право на благоприятную окружающую среду (статья 42 Конституции Российской Федерации), но и, как следствие этого, другие конституционные права и интересы граждан, связанные с охраной жизни, здоровья, жилища, имущества, а также право на свободное передвижение и выбор места пребывания и жительства, которые ущемлены столь значительно, что причиненный вред оказался реально невосполнимым. Это порождает особый характер отношений между гражданином и государством, заключающийся в том, что государство принимает на себя обязанность возмещения такого вреда, который, исходя из его масштабов и числа пострадавших, не может быть возмещен в порядке, установленном гражданским, административным, уголовным и другим отраслевым законодательством. Данная конституционно-правовая обязанность государства корреспондирует праву граждан на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного их здоровью или имуществу экологической катастрофой, и вытекает из положений статей 2 и 18
Конституции Российской Федерации, согласно которым признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, а также из статьи 53 Конституции Российской Федерации, закрепляющей обязанность возмещения государством вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц.
[…] Вред, причиненный гражданам, оказавшимся в зоне влияния радиационного излучения и других неблагоприятных факторов, возникших в момент чернобыльской катастрофы и продолжающих действовать вследствие риска проживания (работы) на радиационно загрязненных (сверх допустимого уровня) территориях, как относящийся к вреду реально невосполнимому и неисчисляемому, обязывает государство стремиться к его возможно более полному по объему возмещению. […] Постановление от 9 января 1998 года № 1-П Правовой режим лесного фонда (пункт 2, абзац второй)
[…] лесной фонд – ввиду его жизненно важной многофункциональной роли и значимости для общества в целом, необходимости обеспечения устойчивого развития (сбалансированного развития экономики и улучшения состояния окружающей природной среды в условиях возрастания глобального экологического значения лесов России и выполнения ею соответствующих международных обязательств), а также рационального использования этого природного ресурса в интересах Российской Федерации и ее субъектов – представляет собой публичное достояние многонационального народа России и как таковой является федеральной собственностью особого рода и имеет специальный правовой режим.
Постановление от 14 мая 2009 года № 8-П Принципы правового регулирования в сфере охраны окружающей среды (пункт 2, абзацы первый–третий) Согласно Конституции Российской Федерации земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в Российской Федерации как основа жизни и деятельности народов, [адрес обезличен] территории (статья 9, часть 1).
Приведенное конституционное положение в единстве с провозглашенными в преамбуле Конституции Российской Федерации целью обеспечения благополучия нынешнего и будущих поколений и ответственностью перед ними определяют взаимообусловленность закрепленных Конституцией Российской Федерации права каждого на благоприятную окружающую среду (статья 42) и обязанности сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам (статья 58), выражая тем самым один из основных принципов правового регулирования отношений в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности – принцип приоритета публичных интересов.
Соответственно, правовые основы государственной политики в этой сфере – исходя из того, что ценность сохранения природы и окружающей среды утверждается на конституционном уровне, – должны определяться таким образом, чтобы через реализацию указанной конституционной обязанности, имеющей всеобщий характер, при решении социально-экономических задач обеспечивался баланс интересов субъектов хозяйственной и иной деятельности, связанной с воздействием на окружающую среду, и интересов человека и общества в целом и гарантировались соблюдение и защита экологических прав граждан. Этим предопределяются возложение на государство в лице его органов соответствующих координирующих, контрольных и нормативно-регулятивных функций и конституционно-правовая ответственность за их выполнение.
Несение издержек на осуществление мероприятий по восстановлению окружающей среды (пункт 2, абзац шестой)
[…] конституционная обязанность сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам, которая является частью обеспечительного механизма реализации конституционного права каждого на благоприятную окружающую среду и других экологических прав и при этом распространяется как на граждан, так и на юридические лица, предопределяет и их ответственность за состояние экологии. Поскольку эксплуатация природных ресурсов, их вовлечение в хозяйственный оборот наносят ущерб окружающей среде, в условиях рыночной экономики общественные (публичные) издержки на осуществление государством мероприятий по ее восстановлению должны покрываться, прежде всего, за счет субъектов хозяйственной и иной деятельности, оказывающей вредное воздействие на окружающую природную среду. Публичная власть, также несущая конституционную ответственность за сохранение природы и окружающей среды, в свою очередь, обязана принимать профилактические (превентивные) меры, направленные на сдерживание загрязнения окружающей среды, предупреждение и минимизацию экологических рисков.
Правовая природа платежей за негативное воздействие на окружающую среду (пункт 3, абзацы второй и третий)
[Платежи за негативное воздействие на окружающую среду], как необходимое условие получения юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями права осуществлять хозяйственную и иную деятельность, оказывающую негативное воздействие на окружающую среду, являются обязательными публично-правовыми платежами (в рамках финансово-правовых отношений) за осуществление государством мероприятий по охране окружающей среды и ее восстановлению от последствий хозяйственной и иной деятельности, оказывающей негативное влияние на нее в пределах установленных государством нормативов такого допустимого воздействия; они носят индивидуально-возмездный и компенсационный характер и по своей правовой природе не являются налогом.
Внесение экологических платежей – в силу того, что оно связано с необходимостью возмещения вреда окружающей среде, – обязательно, по общему правилу, для всех лиц, деятельность которых оказывает на окружающую среду негативное воздействие. Конституционно-правовую основу таких платежей составляет прежде всего статья 58 Конституции Российской Федерации в ее взаимосвязи со статьей 57 Конституции Российской Федерации, поскольку целью их установления как одного из способов экономико-правового регулирования охраны окружающей среды, направленного на обеспечение конституционного права каждого на благоприятную окружающую среду, является не столько фискальный интерес государства в наполнении казны, сколько сохранение природы и обеспечение экологической безопасности.
Возможность и порядок освобождения от платы за негативное воздействие на окружающую среду (пункт 4.3, абзацы первый и второй)
Как вытекает из взаимосвязанных положений статей 1 (часть 1), 10, 11 (часть 1), 15 (части 1 и 2), 18, 64, 71 (пункт «а») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации, именно федеральный законодатель призван, руководствуясь целями обеспечения баланса конституционных ценностей, осуществлять правовое регулирование конституционно закрепленных обязанностей, в частности определять объем их нормативного содержания, механизмы реализации, включая уровни правового регулирования, а также меру юридической ответственности за их нарушение.
В силу конституционно значимого принципа платности природопользования и конституционного принципа разделения властей правовое регулирование порядка освобождения от внесения платы за негативное воздействие на окружающую среду может быть осуществлено только федеральным законодателем либо по его прямому указанию. Соответственно, основания (критерии) исключений из принципа платности природопользования, – как имеющих своим следствием сужение объема публичных средств, которые предназначены для поддержания надлежащего состояния окружающей среды и защиты экологических прав граждан, и предполагающих возможность изъятий из принципа всеобщности конституционной обязанности сохранять природу и окружающую среду, – могут быть предусмотрены не иначе, как в федеральном законе, и должны отвечать требованиям правовой определенности, экономической обоснованности, соблюдения баланса частных и публичных интересов и во всяком случае не вызывать сомнения с точки зрения справедливости и соразмерности соответствующих льготных условий природопользования.
Постановление от 5 марта 2013 года № 5-П
Определенность правового регулирования платы за негативное воздействие на окружающую среду (пункт 3, абзац третий) В отношении [обезличено] регулирования платы за негативное воздействие на окружающую среду требование определенности, хотя оно и неравнозначно такому же требованию в отношении [обезличено] законно установленного налога (статья 57 Конституции Российской Федерации), также исключает абстрактные формулировки, не позволяющие должным образом учитывать особенности объекта обложения – того или иного вида негативного воздействия на окружающую среду и соответствующей облагаемой базы и определять плательщиков данного публично-правового платежа, которые должны четко осознавать, что обязанность по его уплате возлагается именно на них как на субъекты хозяйственной и иной деятельности, оказывающей негативное воздействие на окружающую среду.
Постановление от 2 июня 2015 года № 12-П Методы регулирования правоотношений в области охраны окружающей среды (пункт 2, абзац пятый)
[…] основная задача России как гаранта экологического благополучия и как социального государства, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации), – достижение баланса частных и публичных интересов в экономической сфере и в сфере обеспечения экологической безопасности путем установления правового регулирования, ориентированного на профилактику экологических правонарушений и на стимулирование щадящих по отношению к окружающей среде методов хозяйствования в целях так называемого экосовместимого экономического развития, что предполагает использование как частноправовых, так и публично-правовых методов регулирования, включающих широкий набор правовых средств (административных, фискальных и др.).
Порядок исчисления экологического ущерба (пункт 3, абзац первый; пункт 3.1, абзацы третий–пятый; пункт 3.3, абзацы шестой и девятый)
Особенности экологического ущерба, прежде всего неочевидность причинно-следственных связей между негативным воздействием на природную среду и причиненным вредом, предопределяют трудность или невозможность возмещения вреда в натуре и исчисления причиненного вреда, и в силу этого – условность оценки его размера. Кроме того, ущерб, причиненный экологическим правонарушением, отличает сложность его проявлений: он включает, как следует в том числе из статьи 42 Конституции Российской Федерации, экологический вред окружающей среде, вред, причиняемый здоровью человека (социальный вред), и вред имуществу, находящемуся в частной или публичной собственности (экономический вред).
В силу двойственности понятия «лес» при регулировании отношений по возмещению вреда в тех случаях, когда лес рассматривается как экосистема, превалирует экологический фактор и проявляются особенности особой экологической ответственности, предполагающей расходы на восстановление всех компонентов экосистемы на поврежденном участке; если же речь идет о лесе как природном ресурсе, то лес рассматривается в качестве экономической категории, а потому в причиненный ущерб включается стоимость утраченных компонентов, что характерно для компенсаторной функции, выполняемой гражданским законодательством.
Соответственно, при регулировании отношений по возмещению вреда, причиненного лесам, в том числе при определении его объемов (структуры), необходим учет свойств леса и как природного ресурса, и как экологической системы, а при оценке причиненного вреда – учет всех негативных последствий, возникших в результате правонарушения. Поэтому для исчисления размера возмещения причиненного лесам вреда должны приниматься во внимание имущественная ценность леса, которая устанавливается на основе таких показателей, как рыночная или кадастровая стоимость, и его экологическая ценность, определяемая исходя из присущих лесам свойств – уникальности, способности к возобновлению, заменимости, местоположения и др.
Кроме того, лес как природный ресурс является комплексной экологической системой, состоящей из почв, подземных и наземных источников, объектов растительного и животного мира, находящихся в тесной взаимосвязи, а потому негативное воздействие на отдельные компоненты экологической системы лесов влечет нарушение внутрисистемных связей, нанося тем самым вред экосистеме в целом. Соответственно, исчисление размера вреда, причиненного лесам, должно производиться с учетом характера действий (бездействия) правонарушителя, их ближайших и отдаленных последствий, ущерба, нанесенного как экосистеме в целом, так и отдельным ее компонентам (элементам природной среды), например лесной растительности, животному миру, подземным водам.
[…] Модель правового регулирования, основанная на применении стандартных формул для исчисления размера вреда окружающей среде, которое вместе с тем освобождает государство как собственника специфического имущественного объекта от доказывания размера причиненного ему ущерба, отвечает природе соответствующих правоотношений.
[…]
[…] законодатель вправе установить, что в каждом конкретном случае помимо выплаты, исчисленной в соответствии с таксами и методиками, объем возмещения вреда, причиненного лесам, с учетом специфического характера такого возмещения будет включать и иные элементы, и, руководствуясь конституционным принципом четкости, ясности и недвусмысленности правовых норм, определить, в чем состоят эти элементы, и как они соотносятся с размером вреда, подлежащего возмещению в соответствии с таксами и методиками.
Использование денежных средств в счет возмещения вреда лесам (пункт 3.1, абзац шестой) Зачастую вред, причиненный окружающей среде, трудновосполним или невосполним вовсе, а прежнее ее состояние, существовавшее до правонарушения, невосстановимо. Поэтому денежные средства в возмещение вреда, причиненного лесам, государство как публичный собственник, на котором лежит обязанность по сохранению, защите и воспроизводству лесов, вправе направлять не на восстановление конкретного участка леса, а в бюджет в качестве компенсации за причинение вреда его имуществу.
Учет расходов правонарушителя по восстановлению конкретного загрязненного участка за свой счет при определении размера вреда окружающей среде (пункт 3.3, абзацы четвертый и восьмой) Несмотря на то что из Конституции Российской Федерации непосредственно не вытекает требование обязательного учета расходов, понесенных правонарушителем в добровольном порядке на восстановление природной среды, при определении объема выплат возмещения причиненного лесам вреда вследствие нарушения лесного законодательства, исчисленных по соответствующим таксам и методикам, законодатель, а по его поручению – органы исполнительной власти, осуществляющие государственное управление в области охраны окружающей среды, вправе в пределах предоставленных им полномочий для таких случаев, когда причинитель вреда за свой счет произвел восстановление загрязненного участка, особенно если он вложил при этом средства большие, чем это необходимо для устранения нарушения, предусмотреть учет денежных средств, потраченных правонарушителем при исполнении им обязанности по устранению вреда в натуре.
[…]
Законодатель в силу имеющейся у него дискреции вправе установить и такую модель правового регулирования, при которой произведенные правонарушителем расходы на возмещение вреда лесам будут учитываться при определении размера выплат в соответствии с таксами и методиками (т.е. вычитаться из них), равно как и предусмотреть размер выплат в соответствии с таксами и методиками, учитывающий исполнение правонарушителем обязанности по устранению вреда в натуре, при условии что неисполнение данной обязанности с неизбежностью повлечет для причинителя вреда негативные правовые последствия.
Постановление от 13 октября 2015 года № 26-П Обеспечение чистоты территорий от загрязнений и отходов органами публичной власти (пункт 4.1, абзац четвертый)
Поскольку экологическая функция является общей для всех уровней публичной власти в Российской Федерации, в целях наиболее эффективной ее реализации не исключается взаимодействие, в том числе на договорной основе, органов государственной власти с органами местного самоуправления городских округов в пределах закрепленных за ними полномочий, в частности для выявления и своевременного устранения несанкционированного складирования бытовых и промышленных отходов, причиняющего вред окружающей среде и служащего фактором негативного воздействия на здоровье человека. Соответственно, невыполнение или ненадлежащее выполнение органами местного самоуправления своих полномочий, ставшее причиной загрязнения территории городского округа, может являться основанием для их привлечения к установленной законом ответственности и обязания принять меры, необходимые для очистки территории городского округа от загрязнения отходами, включая несение финансовых затрат.
Постановление от 30 марта 2018 года № 14-П Баланс интересов субъектов охотхозяйственной деятельности и интересов обеспечения экологического благополучия (пункт 2, абзац пятый)
[…] принимая во внимание значение сбережения природы и окружающей среды в качестве одной из основ конституционного строя Российской Федерации и одновременно глобальной задачи человечества, получившей официальное международное признание, законодательное регулирование отношений в области охоты и ведения охотничьего хозяйства должно быть направлено – через реализацию природоохранной функции, имеющей всеобщий характер, – на соблюдение баланса интересов субъектов охотхозяйственной деятельности, как связанной с воздействием на животный мир и другие природные ресурсы, и интересов человека и общества в целом в обеспечении экологического благополучия.
Взаимные права и обязанности лиц, заключивших охотхозяйственные соглашения, и государства (пункт 3, абзац восьмой)
[…] при определении порядка и условий осуществления мероприятий по сохранению охотничьих ресурсов федеральный законодатель, опираясь на конституционный принцип приоритета публичных экологических интересов, исходит из того, что на федеральных органах государственной власти и органах государственной власти субъектов Российской Федерации лежит генеральная ответственность за организацию и проведение соответствующих мероприятий на всей территории Российской Федерации, а на юридических лицах и индивидуальных предпринимателях, заключивших охотхозяйственные соглашения, – отдельная обязанность по обеспечению проведения мероприятий по сохранению охотничьих ресурсов и среды их обитания в границах закрепленных за ними охотничьих угодий.
Постановление от 10 июля 2018 года № 30-П Эффективное потребление энергетических ресурсов в жилищно-коммунальной сфере (пункт 2, абзацы третий и четвертый)
[…] Конституция Российской Федерации возлагает на государство обязанность создавать условия для максимально эффективного потребления энергетических ресурсов, в том числе посредством его учета в сфере жилищно-коммунального хозяйства, что следует из ее статьи 9 (часть 1), устанавливающей, что земля и другие природные ресурсы используются и охраняются в России как основа жизни и деятельности народов, [адрес обезличен] каждый обязан сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам, и статьи 72 (пункты «в», «д» части 1), относящей вопросы владения, пользования и распоряжения землей, недрами, водными и другими природными ресурсами, природопользования, охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов.
Необходимость реализации приведенных конституционно-правовых требований в их непротиворечивом единстве обусловливает комплексный, межотраслевой характер правового регулирования отношений, возникающих в процессе потребления коммунальных ресурсов, включая тепловую энергию, гражданами, в том числе собственниками и нанимателями помещений в многоквартирных домах.
Постановление от 5 июля 2021 года № 32-П Условия реализации права на ведение традиционной охоты (пункт 6, абзац шестой) Конституционный Суд Российской Федерации считает необходимым подчеркнуть, что право на охоту в целях ведения традиционного образа жизни и осуществления традиционной хозяйственной деятельности может быть реализовано надлежащим образом лишь на основе обращенных ко всем участникам соответствующих правоотношений конституционных требований о бережном отношении к природным богатствам, о сохранении уникального природного и биологического многообразия страны, о формировании в обществе ответственного отношения к животным (статьи 9 и 58; статья 114, пункт «е5» части 1, Конституции Российской Федерации) и при условии строгого соблюдения установленных правил охоты.
Постановление от 29 сентября 2021 года № 42-П Имущественные обременения, связанные с исполнением обязанности по сохранению природы (пункт 3.2, абзацы третий и четвертый)
Помимо связанности права собственности широким спектром социальных обязательств, полномочие по распоряжению имуществом может быть поставлено федеральным законом в зависимость и от иных требований, направленных на достижение общего блага. В частности, в нормах экологического законодательства могут быть закреплены обязанности собственника, обусловленные конституционной обязанностью сохранять природу, в том числе предполагающие несение им расходов. Они могут быть дифференцированы в зависимости от объективных критериев, отражающих масштаб и содержание хозяйственной деятельности субъекта предпринимательства, а именно от объема или массы выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух и иных характеристик выбросов, от типа хозяйственной деятельности, близости жилой застройки и других условий, влияющих на окружающую среду.
В то же время таким регулированием не должно ставиться под сомнение публичное предназначение информации о неблагоприятных метеорологических условиях. Безотносительно к наличию договоров с хозяйствующими субъектами она готовится в рамках и для целей осуществления публичных функций, а правовой режим специализированной информации, которая предоставляется на основании возмездного договора, не должен использоваться для коммерциализации государственной деятельности в области гидрометеорологии, мониторинга состояния и загрязнения окружающей среды.
Постановление от 22 сентября 2023 года № 45-П Решение вопроса о признании генерального плана недействующим при включении в границы населенных пунктов земель лесного фонда (пункт 4, абзац шестой)
[…] суд, установив, что порядок согласования включения земель лесного фонда в границы населенных пунктов был нарушен тем, что решение представительного органа муниципального образования было принято по истечении срока на согласование уполномоченным федеральным органом исполнительной власти проекта генерального плана муниципального образования, предусматривающего такое включение, и заключение уполномоченного федерального органа исполнительной власти в этот срок не было получено, не может ограничиваться по прошествии года со дня утверждения генерального плана формальным признанием не действующим решения представительного органа об утверждении генерального плана в части включения в границы населенных пунктов любых земель лесного фонда. Он должен оценить последствия такого решения для граждан и юридических лиц, [адрес обезличен] территории данного населенного пункта, и самостоятельно разрешить вопрос о допустимости принятия решения, влекущего возврат соответствующих земельных участков в состав земель лесного фонда, на основе баланса права на благоприятную окружающую среду и правомочий Российской Федерации в сфере организации рационального использования лесов, с одной стороны, и права ч
астных лиц, включая право частной собственности, право на осуществление предпринимательской деятельности, право на жилище, а также потребностей социально-экономического развития муниципального образования (и конкретного населенного пункта), с другой стороны. […] Постановление от 6 декабря 2024 года № 56-П Возможность учета рекультивации земель в качестве способа возмещения экологического вреда (пункт 3.4, абзац первый) […] проведение одной только рекультивации не выступает способом полного возмещения экологического вреда. Кроме того, восстановление земельного участка, используемого в целях добычи полезных ископаемых, в соответствии с заранее разработанным проектом его рекультивации является обязанностью землепользователя, подлежащей исполнению в качестве элемента нормальной хозяйственной деятельности, и, не будучи последствием совершения противоправных действий, не может рассматриваться как мера ответственности. Поэтому возложение на землепользователя обязанностей как провести рекультивацию земельного участка, так и возместить вред окружающей среде не свидетельствует о нарушении его прав.
Возможность учета устранения вредоносности деяния при рассмотрении иска о возмещении вреда окружающей среде (пункт 4, абзацы второй–четвертый)
При рассмотрении иска к землепользователю о возмещении вреда окружающей среде суд не должен ограничиваться констатацией наличия состава правонарушения в момент причинения вреда и не может не учитывать последующей динамики правоотношений, оказывающей влияние на их существо, в частности исключающей (или существенно снижающей) вредоносность имевшего место нарушения норм права. Если государство как собственник недр выдает лицензию на добычу полезных ископаемых, то это означает выражение им готовности к тому, что земельный участок не останется в прежнем состоянии, когда такая добыча начнется, поскольку она в любом случае сопряжена с нарушением (снятием и перемещением) почвенного слоя. Соответственно, государство делает осознанный выбор и считает экономически целесообразной добычу на этом участке полезных ископаемых со всеми ее природоохранными издержками. Выдача лицензии на добычу полезных ископаемых на определенном участке сама по себе не лишает возможности осуществления на нем сельскохозяйственной деятельности (например, если перевод участка в другую категорию не состоится) или возвращения его в категорию земель сельскохозяйственного назначения в будущем и подлежит учету при возложении
и судом на землепользователя обязанности возместить вред, причиненный окружающей среде снятием плодородного слоя почвы до перевода участка в другую категорию.
Достижение справедливого баланса публичных и частных интересов предполагает установление и оценку неблагоприятных последствий допущенного нарушения для окружающей среды, в том числе с учетом перспектив использования как самого земельного участка, так и снятого слоя почвы для нужд сельского хозяйства. При этом не исключается, что сам факт преждевременного (до изменения категории земель) вторжения в почвенный слой может вызывать дополнительный (сопутствующий) экологический вред, требующий возмещения, который в данном случае причиняется не порчей плодородного слоя как таковой, а тем, что действия недропользователя по перемещению плодородного слоя были преждевременными и в момент их совершения обладали признаками противоправности. Вред, причиняемый окружающей среде, может заключаться как в ущербе плодородию конкретного участка, так и в утрате качества снятого с участка плодородного слоя почвы вне связи с возможностью использования участка в результате нарушения правил рекультивации земель (в том числе снятия и хранения почвы). В последнем случае возникает невозможность использовать эту почву для улучшения плодородия иных земель.
При разрешении вопроса о возмещении землепользователем вреда за снятие плодородного слоя с земельного участка сельскохозяйственного назначения, если на момент принятия решения о возмещении вреда категория земель была изменена в соответствии с ранее (на момент снятия плодородного слоя) полученной лицензией на добычу полезных ископаемых, следует учитывать факт состоявшегося изменения категории земель, оценивать неблагоприятные последствия для окружающей среды, которые сохраняются после перевода земельного участка в категорию, допускающую снятие плодородного слоя. Если на момент рассмотрения судом дела о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, категория земельного участка изменена на такую, которая допускает снятие плодородного слоя, притом что плодородный слой сохранен для последующей рекультивации в соответствии с утвержденным проектом, суд может снизить размер возмещения вреда или освободить землепользователя от ответственности ввиду несоразмерности подлежащего взысканию с него возмещения последствиям нарушения целевого режима земельного участка.
Постановление от 28 января 2025 года № 3-П
Изъятие из хозяйственного пользования земель особо охраняемых природных территорий (пункт 3, абзацы второй и третий) К землям, имеющим исключительное значение для государства и общества и подлежащим особой защите, относятся земли особо охраняемых природных территорий. Появление и юридическое оформление правового режима территорий, которые сегодня имеют статус особо охраняемых, сопряжено с необходимостью охраны природы и рационального использования природных ресурсов. Хрупкость природных систем и объектов перед антропогенным воздействием и климатическими изменениями обусловливает принятие государством мер, направленных на предотвращение (ограничение) вмешательства человека в природные процессы, на сохранение и восстановление биологического разнообразия.
Статус особо охраняемых природных территорий федерального значения дополнительно подчеркивает их значимость. Представляя собой, как правило, взаимосвязанные экосистемы, они требуют проведения комплексных защитных мероприятий на всей своей территории, что предполагает исключение или ограничение человеческой деятельности (включая проживание граждан и иное освоение ими земельных участков в личных целях), которая может стать неоправданным вмешательством, разрушающим природные связи и компоненты таких систем. Полное или частичное изъятие из хозяйственного использования отдельных природных комплексов или объектов является, таким образом, важным и в некоторых случаях единственно возможным средством сохранения природы России как национального достояния ее нынешнего и будущих поколений и согласуется с конституционными основами ее экономической системы, включая признание права частной собственности на землю и возможность его ограничения для общего блага.
Возможность сохранения за гражданином права на земельный участок, расположенный в границах особо охраняемой природной территории (пункт 3.1, абзацы третий и четвертый; пункт 3.2, абзац первый)
Говоря о защите прав добросовестных приобретателей, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что такая защита основана на статье 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 45 и 46. Конституционная цель таких гарантий состоит в том, чтобы обеспечить добросовестным приобретателям юридическую возможность обладания имуществом. Между тем эта возможность подлежит обеспечению лишь в отношении [обезличено], на которое может быть установлено субъективное право частной собственности. Следовательно, если спорный земельный участок может находиться только в федеральной собственности, между публично-правовым субъектом и частным лицом, за которым [адрес обезличен] не возникает спорного материального правоотношения, аналогичного спору по поводу иных земельных участков, где публичному собственнику противопоставлен субъект, который, по крайней мере потенциально, может быть обладателем соответствующих прав на них.
В ситуации, когда, вопреки положениям об изъятии земельных участков в границах особо охраняемой природной территории федерального значения из оборота (в частности, о невозможности их предоставления гражданам на праве собственности или ином вещном праве), за гражданином было [адрес обезличен] статьи 2, 18, 35 и 36 Конституции Российской Федерации не могут рассматриваться в качестве обязывающих к тому, чтобы выход из этой ситуации состоял в сохранении за гражданином права на земельный участок с предоставлением всех или существенной части возможностей по его использованию, так как реализация частного интереса лица может вступить в непреодолимое противоречие с интересами общего блага, нарушая тем самым положения статей 17 (часть 3) и 751 Конституции Российской Федерации о недопустимости осуществления прав с нарушением прав других лиц и об экономической и социальной солидарности.
в силу этого может находиться только в федеральной государственной собственности. Из этого следует, что для удовлетворения заявленного в защиту интересов Российской Федерации требования о признании [адрес обезличен] в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина права на участок отсутствующим достаточно установления нахождения участка в границах такой территории.
Возможность сохранения за гражданином права на земельный участок, расположенный в границах земель лесного фонда (пункт 4, абзацы седьмой–десятый)
В Постановлении от 22 сентября 2023 года № 45-П Конституционный Суд Российской Федерации подтвердив право суда признать – в связи с нарушением порядка согласования включения земель лесного фонда в границы населенных пунктов – решение представительного органа муниципального образования об утверждении генерального плана не действующим в части включения в границы населенного пункта земель лесного фонда, тем не менее указал, что по прошествии года со дня утверждения генерального плана суд не может ограничиться формальным признанием не действующим решения представительного органа об утверждении генерального плана в части включения в границы населенного пункта любых земель лесного фонда, а должен оценить последствия такого решения для граждан и юридических лиц, [адрес обезличен] осуществляющих деятельность на территории данного населенного пункта. При этом он подчеркнул, что данный вопрос должен решаться на основе баланса права на благоприятную окружающую среду и правомочий Российской Федерации в сфере организации рационального использования лесов, с одной стороны, и прав частных лиц, включая право ч
астной собственности, право на осуществление предпринимательской деятельности, право на жилище, а также потребностей социально-экономического развития муниципального образования (и конкретного населенного пункта), с другой стороны. Конституционный Суд Российской Федерации фактически исходил из того, что даже незаконное выбытие земельного участка из состава лесного фонда не подразумевает неизбежности возвращения участка в его состав.
Поэтому сделанный вывод о необходимости, по общему правилу, удовлетворения требования о признании права на земельный участок, которое [адрес обезличен] ранее возникшего у гражданина, отсутствующим применительно к случаям нахождения земельного участка в составе особо охраняемых природных территорий федерального значения не распространяется на случаи нахождения земельного участка в границах земель лесного фонда.
Необходимо, однако, иметь в виду, что понятие «особо охраняемые природные территории» системно введено в нормативное регулирование только [в 1995 году], хотя в отдельных нормативных актах такой термин использовался и до этого. При этом леса заповедников, национальных и природных парков в ранее действовавшем законодательстве рассматривались как разновидность лесов первой группы […] с ограничениями по их изъятию и предоставлению для других целей.
Соответственно, если в момент предоставления спорного земельного участка та территория, из состава которой он был предоставлен, не была нормативно определена как относящаяся к особо охраняемым природным территориям федерального значения в силу отсутствия системного нормативного обозначения таковых, но фактически таковой являлась и статус этой территории с момента предоставления земельного участка трансформировался в статус особо охраняемой природной территории федерального значения по действующему правовому регулированию, то к разрешению судом требования о признании права на такой земельный участок отсутствующим должны применяться выраженные в настоящем Постановлении правовые позиции, относящиеся к таким особо охраняемым природным территориям.
Постановление от 28 мая 2025 года № 23-П Ведение сельскохозяйственной деятельности на территории национального парка (пункт 4, абзац пятый)
[…] несмотря на установленный режим национального парка, включающий ряд конституционно оправданных запретов и иных охранных мер и не содержащий явно выраженного дозволения вести на его территории экономическую деятельность в сфере сельского хозяйства, создание и дальнейшее функционирование конкретного национального парка с включенными в его состав землями сельскохозяйственных предприятий без изъятия их из хозяйственной эксплуатации не должно препятствовать – в системе действующего правового регулирования – ведению такой деятельности гражданами и другими хозяйствующими субъектами при условии ее совместимости с целями и задачами парка. Необходимость же сопряжения задач по охране и экологически совместимому развитию территории парка неизбежно влечет предъявление определенных требований к организации и проведению сельскохозяйственных работ в его пределах. Это фактически означает, что часть затрат на поддержание его экосистемы несут хозяйствующие субъекты, с тем чтобы их деятельность на земельных участках сельскохозяйственного назначения эффективно способствовала поддержанию благоприятной среды обитания и естественным природным процессам в интересах всей экосистемы парка. […]
Поделиться